ПОДПИСКА НА НОВОСТИ

НОВЫЕ МАТЕРИАЛЫ

ПОПУЛЯРНЫЕ

 
Китай и ШОС: как решать множащиеся проблемы и использовать широкие возможности? Советы Владимиру Путину Печать E-mail
ЦЕНТРАЛЬНАЯ ЕВРАЗИЯ - ФОРУМ
Автор: Владимир Парамонов   
13.07.2012 09:39

Фокусируя внимание на Китае и Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) в рамках продолжающейся виртуальной экспертной дискуссии по теме «Советы Владимиру Путину» проект «Центральная Евразия» предоставляет слово следующим авторитетным экспертам: Игорю Шевырёву (Украина), Юрию Шевцову (Беларусь), Андрею Казанцеву (Россия) и Андрею Чеботареву (Казахстан). Особый интерес представляет то, что, с одной  стороны, данные известные эксперты – директора аналитических центров прекрасно знают суть затрагиваемых вопросов, а с другой стороны – дают оценки с совершенно разных перспектив: как географико-страновых, так и аналитико-концептуальных.

Владимир Парамонов (Узбекистан), руководитель проекта «Центральная Евразия»: в последнее время звучит достаточно много алармистких ноток в оценках экспертами современного состояния и перспектив взаимодействия России и других постсоветских стран с Китаем, в том числе в рамках ШОС. Чтобы оценить то, где эти оценки завышены, а где занижены необходимо понять что же значит ШОС для самого Китая. Другой блок вопросов заключается в том, как выстраивать политику в отношении КНР в условиях развития интеграции на постсоветском пространстве. Не менее важно и адекватно оценить роль других держав, например США, во все более усложняющемся контексте отношений с КНР. В целом, принципиально значимо понять и то, как правильно использовать достаточно широкие возможности сотрудничества с Китаем и, одновременно, эффективно решать множащиеся с каждым днем проблемы. Вам слово дорогие коллеги.

Игорь Шевырёв (Украина), директор Центра изучения Китая и Азиатско-Тихоокеанского региона: прежде всего, следует учесть, что для Китая главный приоритет – это двусторонние связи. Причем независимо от каких-либо организаций (ШОС, АСЕАН, БРИКС, G-20 и т.д.). Через «двусторонку» договориться гораздо проще, дешевле, надежнее, тем более Китаю, который по отношению к каждой из стран ШОС доминирует экономически и по многим другим критериям. Сюда же добавлю и то, что всякий многосторонний формат накладывает на государство дополнительные обязательства и ответственность.

Так что, ШОС для Китая имеет значение, но стоит в числе второразрядных или даже третьеразрядных приоритетов. Пекину однажды нужно было под покровом ШОС сформировать «площадку» для проникновения в Центральную Азию, а также пул поддержки для продвижения своих инициатив. У китайцев выполнение этой задачи неплохо получилось. В любом случае, Китай без ШОС сможет справиться в отличие от остальных стран-членов Организации, которые окажутся «один на один» с растущей азиатской державой. В частности, в ШОС должна быть заинтересована сама Россия, для которой Организация может рассматриваться как еще одна «площадка» – противовес в переговорах с Китаем (наряду с сугубо двусторонними отношениями).

Кроме того, отчасти в ШОС должны быть заинтересованы также США, но только при наличии некоторых условностей, например, если бы в Организации нынешний прокитайский кворум сменился на прозападный (антикитайский). То есть сама по себе эта задача очень сложная: требует радикальной смены правящих режимов в большинстве стран-членах Организации и, прежде всего, в самой России. По сути и в итоге, американским стратегам приходится рассчитывать не иначе, как на попытки госпереворотов.

Еще одна мина замедленного действия: принятие в ШОС новых членов (Индии, Пакистана, Ирана). Да, Вашингтон сейчас пытается заигрывать с Индией, чтобы «подсадить» ее на антикитайскую «иглу». Но, тем не менее, больше шансов на укрепление отношений с Дели имеет все-таки Москва, у которой уже неплохие отношения и с Ираном, и просматриваются те же тенденции с Пакистаном. А при таком варианте в ШОС, скорее сформируется пророссийский кворум, нежели прозападный. Разумеется, только в том случае, если в Организацию действительно когда-нибудь будут приняты новые члены.

Так что Россия в функционировании и расширении ШОС должна быть жизненно заинтересована, в то время как Китай должен будет продолжать старательно тормозить процесс принятия новых членов, а США, для которых КНР является основным соперником, в свою очередь, должны быть заинтересованы перетянуть РФ как одного из лидеров ШОС на свою сторону. Впрочем, справедливости ради нужно отметить, что Вашингтон тоже ведет некоторые попытки по формированию «прозападного кворума». Но основные надежды здесь возлагаются, конечно же, не на Россию, а на Турцию, которая уже является партнером ШОС. Правда, для того, чтобы «прозападный кворум» получился, «коммандос» придется радикально «перелопатить» (или исламизировать) значительную часть Евразии (например, окончательно зачистив «новый» Афганистан, переформатировав Пакистан, исламизировав сами страны Центральной Азии). То есть «прозападный кворум» в ШОС – еще более сложен и менее реален, чем «пророссийский кворум».

В качестве примера можно привести аналогичную ситуацию в случае с АСЕАН. Как известно, между Китаем и остальными «азиатскими тиграми» давно существуют острые территориальные споры по поводу принадлежности шельфа Южно-Китайского моря. Пекин выбрал главную стратегию – договариваться с каждым из спорщиков напрямую. И у него это довольно неплохо получается. Как таковые претензии «азиатских тигров» под давлением Пекина были исчерпаны, а Китай сохранил доминирование в регионе.

Но США провозгласили курс на «возвращение в Азию» и первым делом принялись за реанимацию многостороннего формата АСЕАН. Американцы настойчиво учат «азиатских тигров» при урегулировании проблем с Китаем действовать только всем «скопом», а Вашингтон в таких случаях гарантирует АСЕАН свою поддержку. Таким образом, через многосторонние форматы (ШОС, АСЕАН, АТЭС, БРИКС, G-20) обеспечивается возможность дополнительного сдерживания Китая. Это достаточно хрупкая возможность, но ее значение со счетов сбрасывать не стоит.

Юрий Шевцов (Беларусь), директор Центра по проблемам европейской интеграции:  образование Таможенного союза и идущий переход России, Казахстана и Беларуси к высокоинтегрированному Евразийскому Союзу влечет за собою усиление всех типов взаимодействия между этими тремя странами и Китаем.

Евразийский Союз охватил страны с высоким уровнем экспортного производства. Россия и Казахстан экспортируют преимущественно сырье, Беларусь – продукцию перерабатывающей промышленности. Сближение трех стран влечет за собою не формирование обособленного рынка трех стран, а, прежде всего, усиливает конкурентные преимущества этих трех стран на внешних рынках. За короткое время существования Таможенного союза и благодаря ему Россия улучшила свои возможности по транзиту газа в Европейский Союз, начала строительство двух АЭС на границе ЕС – в Калининградской области и в Беларуси, улучшила свое присутствие на энергетическом рынке ЕС. В свою очередь, Беларусь нарастила экспорт в страны ЕС в большей степени, чем в страны Таможенного союза, получила гарантии строительства на ее территории АЭС, поставила своим экспортом нефтепродуктов на грань исчезновения нефтеперерабатывающую промышленность Украины.

Появление и развитие Таможенного союза также привело к усилению сотрудничества между его странами и Китаем. Казахстан получил известные кредиты КНР. Беларусь пошла дальше: договорилась не только о продолжении крупномасштабного кредитования своей экономики со стороны Китая, но и объявила о начале самого крупного инвестиционного проекта на своей  территории – китайско-белорусского индустриального парка вблизи Минска, который копируется с индустриального парка в Сучжоу. Торгово-экономические отношения РФ и КНР также резко нарастили объемы и встал на повестку дня вопрос о трансъевроазиатских транспортных коридорах из КНР в Европейский Союз через территории Казахстана, России и Беларуси. Очевидно, что процесс усиления взаимодействия стран Таможенного союза и КНР продолжится и что этот процесс является системным и глубоким.

Соответственно, значение всех международных организаций с участием стран Таможенного союза и КНР будет нарастать. И прежде всего, надо ожидать роста значения ШОС. Особым фактором отношений Таможенного союза и КНР является ситуация в Центральной Азии в связи с предстоящим выводом войск НАТО из Афганистана. Осуществленные Китаем за период пока иностранные войска находились в Афганистане инвестиции в  регионах внутренней Евразии и особенно в Синьцзяне создали Китаю новую, более значительную, чем ранее позицию. Любая стабилизация Центральной Азии теперь невозможна без активной роли КНР. Страны ОДКБ и более узко – Таможенного союза обязательно должны сотрудничать в этом регионе с Китаем. Тем более, что интересы КНР и этих стран совпадают по большинству стратегически важных вопросов.

Андрей Казанцев (Россия), доктор политических наук, директор Аналитического центра МГИМО (У): в ближайшей и среднесрочной перспективе (до 3-5 лет) ключевое влияние на политические процессы в Центральной Азии, кроме России, будут оказывать США и Китай. Многие эксперты полагают, что именно последние два государства и будут основными конкурентами в борьбе за влияние в регионе, что соответствует ключевым глобальным тенденциям. При этом ЕС будет поддерживать по ключевым параметрам США, а Россия будет сохранять военно-стратегическое партнерство с КНР. В то же время, структура интересов ключевых держав в регионе будет достаточно сложной, а противоречия и «мягкое противостояние» будут возникать даже между ближайшими партнерами (например, Россией и Китаем), делая неизбежной политику гибких альянсов.

Россия в настоящее время воспринимает партнерство с Китаем, в основном, в глобальной перспективе, как экономическую альтернативу западному направлению (интеграция с ЕС) и как стратегический противовес США. КНР в нашем сообществе лиц, принимающих политические решения, не всегда воспринимается в центральноазиатском контексте (о нем просто  обычно забывают).

Для Китая Центральная Азия была и остается стратегическим «тылом» по многим позициям – безопасности, энергетике, противодействия Западу (США и НАТО), созданию новых рынков сбыта и источников сырья, транзитным «коридором». Однако этот «тыловой регион» глубоко вторичен для китайцев по сравнению с их океанической, глобальной политикой (инвестиции с Запада, доступ к ресурсам по всему миру). Он связан с развитием отсталых районов самого Китая, особенно, Синьцзяна. В то же время передовые приморские районы связаны с океанической политикой.

В этом плане центральноазиатское измерение взаимодействия РФ и КНР не является главным для обеих стран. Тем не менее, в нем складывается основа для объективного «мягкого противостояния», которое, разумеется, не вытеснит партнерство, но будет модифицировать его по темпам и объему.

Общий объем осваиваемых китайских инвестиций в странах Центральной Азии, по разным данным, на 2011 г. составил около 17 млрд. долл. Российские инвестиции в регион незначительны на фоне китайских вложений.

В настоящее время просматривается четкая тенденция к доминированию Китая в торговле Центральной Азии. Современный товарооборот Китая со странами региона превышает 20 млрд долларов (большая его часть приходится на Казахстан – около 20 млрд).  По мере увеличения импорта туркменского газа роль Казахстана будет уменьшаться. Во второй половине текущего десятилетия по оптимистическим прогнозам импорт газа из Казахстана и Туркменистана может быть в диапазоне 80-100 млрд кубометров в год. Сотрудничество в торговле энергоресурсами с таким стабильным «оптовиком» - импортером как Китай, способствует устойчивости коммерческих связей государств Центральной Азии на трансрегиональном уровне, а также росту их добывающего комплекса. Помимо  углеводородного  сырья  Китай импортирует из Центральной Азии хлопок и другие продукты для дальнейшей переработки. В свою очередь  Центральная Азия является емким рынком для китайских товаров народного потребления, а также инженерного и промышленного оборудования, строительной и дорожной техники.  Развитие экономических связей с Центральной Азией стало важной  составной частью китайской политики развития СУАР.

В то же время идет  абсолютное сокращение торговли между РФ и регионом, хотя со всеми странами Центральной Азии Россия сохраняет положительное сальдо во внешней торговле.  Экспорт из России промышленной продукции  постоянно сокращается, замещаясь китайской.

Идея создания Евразийского союза, изложенная российским премьером В.Путиным, поддержанная президентами Казахстана Н.Назарбаевым и Беларуси А.Лукашенко, воспринятая в Пекине внешне спокойно, на самом деле, как отмечают авторитетные эксперты, вызвала серьезное беспокойство Китая, особенно в плане перспектив реализации китайской модели создания зоны свободной торговли в рамках проекта ШОС. Как известно, в 2004 г. китайская версия создания такой зоны была отклонена центральноазиатскими государствами-членами ШОС и Россией. Сегодня в Китае готовится новый вариант проекта, и планы В.Путина по евразийской интеграции объективно не стыкуются с китайскими стратагемами региональной интеграции Центральной Азии.

Андрей Чеботарев (Казахстан), директор Центра актуальных исследований «Альтернатива»:  Китай – это, прежде всего, великая цивилизация со своей историей, традициями, культурой и мудростью. При этом его политика по отношению к другим странам сложна и неоднозначна. Тем более, что конфуцианские ценности переплетаются здесь с идеологическими установками правящей Компартии. Поэтому, с одной стороны, Китай провозглашает уважение суверенитета и территориальной целостности государств, недопущение гегемонизма, признание разнообразия мира, но с другой стороны –  решительно и жестко отстаивает свои национальные интересы, создает прецеденты спорных территорий с соседними странами и добивается их урегулирования в свою пользу, активно проводит экономическую и миграционную экспансию в разных частях мира.

В связи со всем этим для России и республик Центральной Азии Китай представляется как важный и выгодный внешнеполитический партнер и одновременно как объект повышенного внимания и даже некоторой напряженности. Иногда создается впечатление, что эти страны не знают, как правильно себя с ним вести. Не случайно, что Россия, последовательно отстаивая, к примеру, свои права на Курилы перед Японией, вместе с тем не устояла перед давлением Китая и уступила ему в разное время ряд территорий на Дальнем Востоке.

Китай у других стран явно признает силу (это, к примеру, показательно в отношении США), но уважает сбалансированное сочетание силы и духовности (в частности, в отношении Индии). Поэтому в отношениях с ним мало быть мощным по ряду показателей государством и обладать ядерным «щитом», например как та же Россия, или иметь определенные гарантии безопасности от других держав, как, например Кыргызстан. Соответствующие страны должны отличаться еще и высокой энергетикой национального духа. Но, к сожалению, про них сейчас этого не скажешь. Высокий уровень потребительской культуры, коррупции и культ денег практически во всех постсоветских республиках побуждает Китай относиться к ним соответствующим образом. То есть, играть на их слабостях и недостатках. К Казахстану, например, КНР в последнее время активно использует финансово-кредитные механизмы, вовлекая его в долговые обязательства.

Поэтому в целях улучшения постсоветскими странами своей политики в отношении Китая недостаточно совершенствовать ее задачи и механизмы. Эти страны сами должны кардинально меняться, особенно в сторону чистых помыслов на уровне общественного сознания, а также подлинного самоуважения, способствующего эффективной реализации и защиты ими своих национальных интересов. Тогда и Китай будет смотреть на них как на действительно равноправных и выгодных партнеров, а не как на территорию для «сброса» избыточного населения или энергетические придатки.

Что касается ШОС, то она, прежде всего, ценна тем, что является единственной в своем роде диалоговой площадкой между входящими в нее постсоветскими республиками и Китаем. Тем более, что последний долгое время проводил политику закрытости от внешнего мира. У ШОС есть свои плюсы и минусы, что является отдельной темой для обсуждения. Скорее всего, развитие этой организации и особенно ее экономической составляющей во многом обусловлены тем, что Россия и центральноазиатские республики предпочитают решать различные вопросы межгосударственного взаимодействия как на двухстороннем уровне, так и в рамках совместного участия в ОДКБ и ЕврАзЭС. Имеются также разногласия стран-участниц по поводу присоединения к ШОС того или иного государства.

Но, в целом, взаимоотношения внутри ШОС пора выводить за рамки формата «5+1». Фактически такие шаги в данном направлении осуществляет Узбекистан, дистанцируясь от интеграционных образований с доминантой России. Конечно, не нужно доводить отношения между членами ШОС до принципа «дружить против…». Важно, чтобы каждый из них выступал здесь максимально самодостаточным государством, способным внести свой вклад в развитие многосторонней интеграции в рамках ШОС.

Владимир Парамонов: большое спасибо дорогие коллеги. Мне представляется, что обсуждение постепенно выходит на очень важный уровень – аналитико-концептуальный. Только приблизившись к этому уровню можно строить более-менее реалистичные прогнозы и давать более-менее внятные рекомендации. Перед тем как подвести некие первичные итоги экспертного обсуждения по Китаю и ШОС нам еще предстоит отдельно сфокусировать внимание на самой Организации, что будет сделано в следующей части дискуссии. 

Виртуальный экспертный форум «Советы Владимиру Путину». Часть 11.

Примечание: материал подготовлен в рамках совместного проекта с интернет-журналом «Время Востока» (Кыргызстан), http://www.easttime.ru/ при информационной поддержке ИА «Регнум» (Россия) и Информационно-аналитического центра МГУ (Россия).

Похожие материалы:

 

Для того чтобы комментировать Вам необходимо зарегистрироваться на сайте!

ВХОД \ РЕГИСТРАЦИЯ

ПОДДЕРЖАТЬ ПРОЕКТ

рублей Яндекс.Деньги

СОЦИАЛЬНЫЕ СЕТИ

   

 
 
   Мы в Моем Мире
     
 

Сообщество
"Центральная
Евразия"
 

ПАРТНЕРЫ

RSS ПОДПИСКА

КОММЕНТАРИИ

ОБЛАКО ТЕГОВ